Ракета приближается к Луне. Настраиваюсь на Лунный радиоцентр: он передает торжественную музыку, очевидно, в нашу честь. Впоследствии я прочел очерк корреспондента Всеобщей Связи о нашем прибытии. Вот он: «Ваш корреспондент Сергей Назаров, находится в диспетчерской башне Главного Лунного космодрома, — место в которой ему любезно предложил главный диспетчер. Прекрасные телевизионные установки позволяют мне быть поистине вездесущим. Вот я переношусь в подлунный город.

— Сейчас прибывают! — сообщил дежурный диспетчер Главного Лунного космодрома, вбегая в зал, где собралось около ста человек, одетых в тяжелые белые скафандры с прозрачными шлемами.

Все вскочили с мест и устремились к подъемникам. Через несколько минут зал опустел. Подъемники вынесли ожидающих из подземного (вернее, из подлунного) города на поверхность Моря Дождей.

Это были инженеры, техники, рабочие особой комиссии Всемирного Научно-Технического Совета — наладчики, контролеры и инспекторы, готовившие гравитонный корабль «Уранию» к полету.

Целых полгода они придирчиво, с невероятной тщательностью выверяли, выстукивали, прощупывали излучениями всю сложную систему ракеты — до последнего контакта, до последнего транзистора.

Теперь они с нетерпением ожидают прибытия с Земли отважных астронавтов.

Лунный пейзаж всегда поражает воображение…

Насколько хватает глаз, расстилается пустынная, голая равнина Моря Дождей — «моря» без всяких признаков влаги. Дно «моря» слагают темные горные породы. На юго-востоке вздымаются черные громады Лунных Карпат со сверкающими вершинами самых высоких пиков.

С юго-запада, запада и юга равнину окружают Апеннины, Кавказ, Альпы, образуя нечто вроде крепостного вала. Прямо на севере виднеется пологая холмистая гряда Цирка Архимеда. И лишь башни радиотелескопов, установленных на вершине горы Пико, да многочисленные служебные сооружения космодрома вносят странный диссонанс в ландшафт лунного мира.