— Я воспитывалась во дворце султана Араханда, если Вам это о чем-то говорит, капитан, — напомнила Шезара, хотя в таком напоминании не было нужды, достаточно было посмотреть на нее. Глаза сверкают, губы поджаты, осанка королевская. — Что такое интриги — я знаю с детства.

Дориан кивнул Томасу, и тот уступил королеве свое кресло, сам встал за спиной у капитана.

— Я что… я просто… — смутился тот, почесал бороду и смирился.

— Вернемся к докладу Тома? — предложила Тео.

— Ах, да… — Томас, снова дождавшись кивка короля, продолжил. — Насколько я понял, мы имеем четыре группы, в разной степени готовые начать войну — и участвовать в ней. То есть, бароны и графы, и среди тех, и среди этих есть как сторонники, так и… сомневающиеся. — Он прикрыл глаза, вспоминая, лицо его расслабилось. — Верендарт, Боклэр, Келмворт — костяк, с ними Мервульф, Падуа и Смерриль, а вот Гордойс, Ольдверг, баронесса Дурстхен, — тут он открыл глаза и чуть поклонился Тео, — Уилсонсон и Морринт не так уж уверены в необходимости войны.

— Какая вообще война, зима на носу, — проворчал Некс.

— Вы назвали одиннадцать имен, а я знаю, что баронов в Совете двенадцать… — Шезара посмотрела на короля.

— Эм-м, двенадцатый… был… барон Толли, он… умер. — Пояснил Дориан, к его чести, ни разу не взглянувший на Тео во время своего объяснения. — Наследника не оставил, поэтому его земли перешли короне.

— О… — только и сказала Шезара, но стало ясно, что она отметила для себя еще одну причину, по которой бароны точили зуб на королевскую власть.

— Таким образом, — подхватила Тео, — мы имеем три группы среди баронов: назовем их 'уверенные', 'следующие за уверенными' и 'сомневающиеся'. Ну, а графы — все против войны.