В коридоре Малого Дома неожиданно послышались ровные уверенные шаги Кессил. Высокая, тучная фигура жрицы заполнила дверной проем, уменьшилась, когда она преклонила одно колено, и снова выросла, когда она выпрямилась в полный рост.

– Повелительница!

– Что такое, Кессил?

– До этого дня мне было поручено заниматься делами, касающимися Безымянных. Пришло время, когда тебе самой нужно вникать в них и учиться вещам, которых ты еще не успела вспомнить в этой жизни.

Девочка сидела в это время в своей комнате без окон. Предполагалось, что она предается размышлениям, но фактически она ничего не делала и почти ни о чем не думала. Потребовалось некоторое время, чтобы застывшее упрямо-высокомерное выражение ее лица изменилось. Но оно все-таки изменилось, хотя Арха и постаралась скрыть это. Она спросила вкрадчиво:

– Лабиринт?

– Мы не пойдем пока в Лабиринт, но пересечь Подземелье-Под-Храмом нам придется.

В голосе Кессил чувствовался страх, хотя не исключено, что она притворилась, чтобы напугать Арху. Девочка не спеша встала и с кажущимся безразличием сказала:

– Ну что же, пойдем.

Сердце ее пело от радости и возбуждения, и, следуя за массивной фигурой Кессил, она думала: «Наконец-то! Наконец я увижу свои владения.»

Ей было пятнадцать лет. Прошло уже больше года с тех пор, как она стала взрослой и одновременно – Первой Жрицей Гробниц Атуана, высочайшей из Верховных Жриц всех Четырех Стран Каргада, жрицей, которой сам Божественный Король – не указ.