– Под красными камнями, госпожа…

В нескольких ярдах ниже по склону выход красноватой лавы образовал нечто вроде миниатюрного утеса на холме. Арха спустилась к нему и заметила, что камни отдаленно напоминают дверь, четырех футов высотой.

– Что нужно сделать? – Арха давно усвоила, что в святых местах не следует пытаться открывать дверь, если не знаешь, как это делается.

– Госпожа владеет всеми ключами к погруженным во тьму местам.

С ритуала совершеннолетия Арха носила на поясе железное кольцо, к которому были прицеплены маленький кинжал и тринадцать ключей. Некоторые из них были большие и тяжелые, а иные – маленькие, как рыболовные крючки. Она подняла кольцо и развернула веером все ключи.

– Вот этот, – указала Кессил на один из них, и потом на крошечное углубление между двумя камнями.

Ключ, длинный железный прут с двумя резными бородками, легко вошел в скважину, и Арха, не прилагая почти никаких усилий, повернула его справа налево.

– А теперь?

– Вместе…

Арха и Кессил нажали на шершавую стену слева от замочной скважины. Тяжело, но бесшумно и нигде не застревая, каменный блок пошел внутрь, пока перед женщинами не открылась узкая щель, явив за собой непроглядную тьму.

Арха нагнулась и вошла.

Кессил, женщине тучной и тепло одетой, пришлось с трудом протискиваться внутрь сквозь узкое отверстие. Очутившись в подземелье, она тут же закрыла за собой дверь.

Абсолютная тьма. Ни малейшего проблеска света. Казалось, тьма имеет вес и давит, давит на открытые глаза.