- Барахло, - буркнул Кармайкл, но на этот раз это прозвучало скорее как абстрактное ругательство, не нацеленное конкретно на меня.

Мёрфи недовольно смотрела на меня.

- Ты все продолжаешь говорить "она". С чего, черт подери, ты так в этом уверен?

Я махнул рукой в сторону спальни.

- Потому, что ничего, хотя бы отдаленно напоминающего эту гадость, не добиться, если ты не ненавидишь жертву. Сильно ненавидишь, - ответил я. Женщины по части ненависти дадут сто очков вперед любому мужчине. Они умеют лучше фокусировать ее, лучше излучать. Черт, да ведь ведьмы куда злобнее колдунов. В общем, мне это сильно напоминает женскую месть.

- Но это мог совершить и мужчина, - не сдавалась Мёрфи.

- Ну... - замялся я.

- Боже, Дрезден, ты настоящая свинья. Шовинист.

Неужели такое могла совершить только женщина?

- Ну... нет. Вряд ли.

- Вряд ли? - ухмыльнулся Кармайкл. - Тоже мне, эксперт.

Я хмуро посмотрел на них обоих.

- Знаешь, Мёрф, мне как-то не приходилось изучать того, что нужно для того, чтобы взорвать чье-нибудь сердце. Можешь не сомневаться, как только мне предоставится такая возможность, я дам тебе знать.

- Когда ты сможешь сказать мне что-нибудь еще? - спросила Мёрфи.

- Не знаю, - я поднял руку, предупреждая следующий вопрос. - С этими штуками никогда не знаешь наверняка, Мёрф. Такие номера не проходят. Я даже не знаю, смогу ли я вообще сделать что-нибудь, не говоря уже о том, сколько времени на это потребуется.

- За пятьдесят баксов в час я бы не советовал вам слишком тянуть с этим, - прорычал Кармайкл. Мёрфи покосилась на него. Она не то, чтобы соглашалась с ним, но и не укоротила ему язык.