Скобы кончились. Если считать, что цепи и этот люк, к которому я лезу, принадлежат одному помещению, то сюрприза, вроде той же извести, можно не опасаться. Я попробовал отжать люк, но скобы, державшие меня, опасно затрещали. Пришлось внимательно осмотреть окружность стыка. В одном месте, достаточно удобном, чтобы дотянуться стоящему здесь человеку, в данном случае - мне, приходилось какое-то вздутие. Что же, я нажал.
Послышался щелчок, непонятный звук, который я разгадал мгновение спустя, крышка стала явственно подниматься, и в ту же секунду мне пришлось, изо всех сил оттолкнувшись от стены, прыгнуть в сторону.
Из открытого люка хлынула волна чего-то жгучего, бесцветного, не кислоты, я подумал - кипятка. Я уже висел на ближайшей цепи, ладони саднило от ржавых царапин, но капли ещё горевшие на руках, ничем не пахли. Вода.
Я чувствовал - иду в разнос. Все так быстро менялось, что времени на то, чтобы понять и прочувствовать ситуацию не было. Мои друзья соглашались: больше всего чувств, опасений, страха испытываешь до и после боя - внутри события на это нет времени.
Я пополз по цепи вверх. Это было легко, - звенья, толщиной в мою руку, облегчали подъем. По краю быстро приближавшегося метрового отверствия застыли в обрамлении стальные лепестки. Похоже на широко раскрытую диафрагму. Но центр, где проходила цепь, был достаточно просторен для меня...
Я сглазил; сначала медленно, потом стремительно сливаясь в нерезкий контур, начали вращаться лепестки. Я приостановился на секунду, - внизу ревела вода, шипела известь, сквозь меня, мимо меня проходили тугие клубы едкого пара, - назад дороги не было. Когда же пролезал опасный участок, почувствовал теплое прикосновение к левому пречу...