Как бы мне помог этот совет раньше, и какой-то частью не занятого моментом сознания, я, вместе с дрожью мускульного напряжения, был пронзен электрической судорогой нестерпимого стыда: как же я попался этому грязному ублюдку, этому Аркадию Сергеевичу, этому сладкому похотливому коту... О! если бы можно было когтями вцепиться в прошлое, за волосы втащить обратно в настоящее утраченные возможности, снова воскресить начало моего оперативного задания, непыльную работу вышибалы в "Алом маке" - достаточно приличном кабаке, одним из многих, принадлежащих "самому" - то есть Кулагину Аркадию Сергеевичу.

- Бери, бери, - настаивал Кулагин два часа назад. - Не укусит. Это твое будущее. На первое время хватит.

А незадолго перед этим, из приемной - там я, к изумлению своему, заметил замначальника Управления внутренних дел нашего города полковника Карамазова, - меня втолкнули к нему, к Кулагину, в кабинет. Я знал, конечно, что он родом откуда-то с Кавказа, но если бы и не знал, одного взгляда на пеструю роскошь помещения было достаточно, чтобы сделать нехитрый вывод о южном происхождении здешнего хозяина, - ботинки мои утонули в мягком ворсе ковра (персидского!), по стенам, тоже завешанным коврами, висели сабельки, кинжальчики и пистолетики, - разумеется, коллекционные. Сам хозяин утонул в кожаном кресле и с ленивой улыбкой, легкое превосходство которой бесило меня ещё с нашей первой встречи, кивнул мне. Он продолжал улыбаться, когда подталкивал ко мне толстый большой конверт пухлым пальцем с впившимся в плоть золотым перстнем.

- Если это за Марину, то лучше не тратить время, - сказал я.

- Молодец! Ответ не просто мужа, но воина. Я, почему-то, таким и представлял себе русского солдата: бескомпромисный борец за идею. - Он подленько ухмылялся, с интересом поглядывая на меня. Сигарету с медленно нарастающим столбиком пепла осторожно держал над пепельницей, оберегая голубой английский костюм и вальяжно вытягивал ноги в туфлях по 500 долларов за пару.