— По этим камням ступала нога самого Талоса!

Амазонка презрительно сплюнула:

— Я ходила по камням вместе с самим Септимом!… Зачем вы их всех поубивали?

И без того большие глаза Николаевича превратились в форменные блюдца.

— Ну, когда главный квест проходишь, — пояснила девушка. — Потом возвращаешься в Храм Повелителя Облаков — а там никого нет. Ни Джоффри, ни Бауруса… Верните их всех обратно!

Орк-инспектор с ужасающим скрипом почесал зеленый затылок. Петровичу надоело это слушать, и он просто отключил звук. Николаевич посмотрел на собственную зеленую пятерню, как будто видел ее впервые.

— Вообще-то это не по сюжету… — осторожно заметил он.

— Я уже прошла весь сюжет, — спокойно ответила девушка. — У меня лучший результат в моем часовом поясе. Еще два или три квеста, и я могу участвовать в мировом чемпионате. Только не хочу.

Петрович поперхнулся поздравлением. Николаевича удивить было сложней:

— Почему не хотите?

— Это единственный мир, в котором я чувствую себя, как дома… — редгардка пригладила курчавую шевелюру.

— Вы не относитесь к персонажам, как к персонажам… — осторожно заметил инспектор.

— Да! — девушка грохнула латной рукавицей по каменной ступени. — Для меня они все живые!

— Они и есть живые, — еще осторожней продолжил Николаевич, — их ведь люди играют. Персонажей первого плана — даже несколько человек. Потому что в разных часовых поясах игроки спят в разное время… И потом, если персонажа совсем уж нельзя убить, это нечестно и для игрока обидно.

— Но игра из-за этого слишком сильно становится похожей на реальную жизнь! — возразила амазонка. — В ней появляется неотвратимость. А неотвратимости мне и так достаточно…

— Это единственный мир, в котором вы дома… — заметил Петрович. — А как же реальность?