— Больше нет. — На лице девушки проступила злорадная ухмылка.

Она вновь повернулась к запотевшему окну и пальцем в перчатке нарисовала на стекле звезду.

— Эрик Бишоп! Он в самом деле крутой! — воскликнула Ронни, опустившись на свое место и ерзая под огромной меховой курткой. — Нельзя ли убавить жару?

Кимми пропустила ее слова мимо ушей.

— А ты с кем-нибудь сейчас встречаешься? — спросила у нее Дебра, поправляя ремень безопасности.

— Не знаю, — пробурчала та. — Вроде бы ни с кем.

— Ты ведь больше не вешаешься на Чипа? — Дебра повернулась и внимательно разглядывала круглое лицо подруги. В свете уличных фонарей было прекрасно видно, как порозовели ее щеки.

— Ни в коем случае! — воскликнула Кимми. — Теперь с ним встречается Корки. В самом деле.

Дебра пристально посмотрела на нее. Ронни хмыкнула себе под нос.

— В самом деле! — повторила Кимми. — Я покончила с Чипом и даже рада этому.

— У него пристрастие к сестрам Коркоран, — сказала Дебра сухо, вновь уставившись на мелькающие за окном дома. — Сперва он встречался с Бобби, теперь с Корки.

При упоминании имени Бобби по салону будто бы прокатилась волна холода. Дебра потянулась к регулятору подогрева, но увидела, что он вывернут на всю катушку.

— Бобби была так прекрасна, — протянула Ронни задумчиво.

— И в группе поддержки она выступала лучше всех на свете, — добавила Дебра.

— А я ей так завидовала, — закончила Кимми. — До сих пор не могу поверить, что она умерла.

— Бедная Корки, — произнесла Дебра, понижая голос почти до шепота. — Они были так похожи. Не могу представить, что у нее на душе. Если бы моя сестра умерла, я бы…

Она не смогла договорить.

— Корки замкнулась в себе, — сказала Кимми, сосредоточивая все внимание на двух пятнах белого света, которые бросали на дорогу фары ее машины. — Почти ни с кем не разговаривает.