Кроме власти.

Осознав это, Брык решил, что пришло его время править Ква-Ква. Препятствия в лице Мосика Лужи и прочих президентов на место мэра казались ему незначительными. – Кто еще собирается участвовать? – спросил купец осле паузы, за время которой с блюда исчезли еще два цыпенка. Когда Тощий Брык нервничал, ему всегда хотелось есть. – Вейл Фукотан, из древнего аристократического рода, и Крак Мясоруб.

– Второго не знаю, – рокотнул Тощий Брык.

– Он из мясников, якобы от народа, – судя по голосу, прячущийся под мантией позволил себе усмешку.

– И как у них?

– Ничего особенного.

– Ладно. – Тощий Брык сжевал последнего цыпленка и с сожалением оглядел пустое блюдо. – Тогда оставь их на время. Следи за Мосиком Лужей и его поллитртринало-хом... Выясни, что он на самом деле может, – тут голос купца стал жестким. – Я надеюсь, ты меня не разочаруешь, Скрытный?

– О нет, ни в коем случае, – маг, прячущий лицо под капюшоном, так давно ради прозвища отрекся от имени, что даже сам стал его забывать. Но отсутствие имени было маленьким неудобством, не мешающим тому, кто считался лучшим специалистом по черной, запрещенной магии, делать свою работу.

Делать ее хорошо, и за большие деньги.

Глава 2

Будильник, составленный из песочных часов, дырявой кастрюли и маленького заклинания, грохотал, словно отряд мамонтов в посудной лавке.

– Ага, уже встаю, – сказал Арс Топыряк, взмахами руки пытаясь заткнуть мерзопакостный прибор.

– Если опоздаем на контрольную, то у нас будут проблемы, – замогильным голосом сказал Шнор Орин. – Надо идти.

– Да, – неимоверным напряжением воли Арс заставил себя сесть.

Одной из хитрых и до сих пор не изученных особенностей студенческого организма является полное отсутствие в нем бодрости в утренние часы, когда необходимо посещать занятия. Зато кипящая энергия пробуждается в телах учащейся молодежи ближе к вечеру, когда учеба давно закончена, и излишек сил волей-неволей приходится употреблять на развлечения и проказы.