В арьергарде однокашника следовали Арс и Тили-Тили.

– Фамилия? – прохрипел Хром-Блестецкий, когда перед ним возникло лицо (за неимением другого употребим это слово) Рыггантропова. Волшебника пихали и толкали со всех сторон, и левой рукой он крепко держался за кафедру, правой пытаясь водить пером по пергаменту.

На лице у него застыло настолько скорбное выражение, что ему позавидовал бы любой взыскующий славы мученик.

– Чья? – тупо моргая, спросил Рыггантропов.

– Имя?

– Чье?

– Чья Чье, ну и имечко. Специализация?

– Демонология! – подсказал из-за спины двоечника Арс, заподозривший, что без помощи со стороны Рыггантропов составит правильный ответ не скоро.

– Записан. Следующий. – Хром-Блестецкий на протяжении всего диалога так и не поднял головы.

Недоуменно моргающего Рыггантропова оттеснили в сторону.

– Имя?

– шшшш...

Тут уж Хром-Блестецкий глаза поднял. И едва не подпрыгнул от ужаса: на него, чуть приподнимаясь над кафедрой, блестящими большими глазами смотрела коричневая морщинистая голова, снабженная длинными мохнатыми ушами. Уши тревожно шевелились.

– Матерь демонов! Это еще что такое? – испуг вырвался истошным воплем.

– Это йода, его зовут Тили-Тили, специальность – демонология, – сообщил Арс, предупреждая вопросы.

– Сссс, – согласился Тили-Тили.

– А разговаривать он умеет? – стараясь не слишком сильно лязгать зубами, спросил Хром-Блестецкий.

– Ну... эээ... не очень.

– Такой нам не нужен! Агитатор должен быть разговорчивым!

– Зато он хорошо умеет вызывать демонов, – доверительно сообщил Арс, – и любит этим заниматься.

– Не пробуйте меня напугать! – волшебник гордо выпятил тощую грудь, по крайней мере пространство между шеей и животом. – Демоны куда менее страшны, чем ханы, князья и прочие, с кем мне приходилось иметь дело...