Когда начала работать, накопила на сувенирный меч. Их часто продавали в одном очень интересном и необычном магазине, «Кристалле». Длинный, красивый, настоящий меч… Да уж, не простая железка, которой я сражалась всю жизнь.

И сегодня в «Кристалле» должны были появиться новые мечи. Может, что-то подходящее и попадется… Я могла часами бродить по маленькому залу магазина — и чего там только не было! Древние кинжалы и мечи сменялись все более и более современными — и так дело доходило до сувенирных, часть из которых нельзя было даже назвать мечами — стилизация, не более того.

Тот сувенирный клинок, немного обработанный умельцами, оказался неплохим оружием, но я понимала, что он не мой. Не тот, которым я действительно хотела бы сражаться. В нем не было личности мастера — обычная дешевая штамповка. Конечно, не такая уж дешевая для меня, но все же…

Я замерла у прозрачной витрины магазина, с ужасом глядя внутрь. Одного случайного отблеска хватило, чтобы понять — кто-то держит в руке меч. Мой Меч…

Не помня себя, я рванулась в магазин, пытаясь совладать с чувствами. Только не хватало сорваться… Этот Меч должен стать моим!

Подойти к мужчине было невозможно: двое дюжих охранников стояли так, словно намеревались закрыть своего работодателя от всего на свете. Я замерла у порога, не сводя глаз с потенциального покупателя.

— Ну и как я вам? — держа меч, он обернулся к секьюрити.

— Нормально, шеф. По-моему, даже здорово… — высказался один из них.

Мне вдруг стало смешно. Никто не может выглядеть здорово с чужим мечом в руке…

— Что-то не так? — он заметил мимолетную насмешку. В глазах зажегся странный, но почему-то знакомый огонь. — Не нравится, что ли?

— Нет. Это не ваше оружие, — спокойно отвечаю я. — Это мой Меч.

От такой наглости он даже дар речи потерял. Так и смотрел на меня, удивленно приподняв бровь и крепко сжимая оружие. Что-то подсказало мне, что именно сейчас решается судьба этого Меча, и отступить — значит потерять его навсегда. Ловлю на себе возмущенно-недовольные взгляды продавца-консультанта, обрадованного возможностью продать товар, но сейчас он меня волнует меньше всего на свете.