Ювентаний не стал договаривать, что это был единственный город, чья Хозяйка находилась под его личной защитой как последняя из рода Той, любовь к которой побудила его создать Вечность. Бессмертие, оттолкнувшее Её навсегда и сделавшее первые столетия новой жизни кажущейся бесконечной мукой созерцания и воспоминаний счастья своего первого врага с Ней.

Глядя на развалины города Вечный не испытывал ничего, кроме слабого желания покарать того, кто сломал его игрушку. Пусть Хозяйка Оласа и была под его защитой, но она, точно так же как и все её предки, начиная с Её детей, существовали лишь за тем, чтобы искупить измену своей прародительницы. В течение сотен лет Ювентаний возводил и низвергал род предавшей его женщины. В зависимости от настроения он делал Её потомков великими политиками или жалкими рабами, грандиозными полководцами или презираемыми ничтожествами, он просто играл…. Но теперь, ощущая всем телом царствующую на осколках величия смерть, Ювентаний собирался отомстить за то, что последняя из Её рода умерла не от его руки.

Затянувшееся молчание прервал горестный стон Дэллена — бедняга все никак не мог прийти в себя. Темные волосы были всклокочены, серые глаза смотрели на мир со смесью отвращения и гнева, вся его крепкая фигура как-то скукожилась и сжалась, с дрожащих пальцев срывались обрывки заклинаний никак не желавших становиться единым целым и действующим.

— Поверить не могу. Эти паршивые отродья не могли уничтожить Олас. — Ювентаний равнодушно пожал плечами.

— Если ты о вампирах, то они действительно не могли.

— Тогда кто?

— Несложно догадаться, просто посмотри чьих трупов меньше всего. — И оставив Темного изучать многочисленные останки, маг скрылся среди развалин. Лично его ответ не интересовал, потому как Ювентаний и так прекрасно знал от чьих рук погиб город.