Вместо желаемого освобождения оторвавшийся палец соскользнул за шиворот вызвав очередной приступ скулежа, дерганья и рыданий. Темный подпер подбородок ладонью и, устремив взгляд в неведомые дали, продолжил жаловаться на жизнь. — А я отвечу: ни при чем! Меня просто вампиры к нему кинули. Оооо! Эти мерзкие, кровожадные твари! И Ювентаний этот такая же тварь. Не кровожадная правда, но куда более мерзкая… — Темный тоскливо вздохнул. — Мне уже ничего не надо. Пусть король громит кого угодно, пусть вампиры давятся королем, лично мне нужно совсем немного: тихое спокойное местечко, где нет никаких психованных магов… — Сумасшедшее существо, еще совсем недавно бывшее воином Внутреннего Ока, решило, что с него хватит всего этого безумия и, успокоившись на несколько минут, с безмерным удовольствием услышало свой последний удар сердца. Дэллен посмотрел на распластавшееся тело, пожал плечами и вернулся к созерцанию пустоты. С его губ сорвалось тихое, с мечтательными нотками: — Счастливчик.

Довольный состоянием армии, Ювентаний вернулся к своему любимому креслу. Мельком глянув на распластавшееся тело, он щелкнул пальцами и, указав рукой за спину, отправил новоприобретенного воина в строй.

— Убедился? — Поинтересовался маг, закидывая ноги на подлокотник и откусывая от только что появившегося бутерброда солидный кусок.

— Нет. Все равно это не имеет значения.

— Верно мыслишь. Хочешь? — Дэллен перевел взгляд с предложенного куска хлеба на ближайшие, облепленные мухами ряды, и, дернувшись, сказал:

— Спасибо. Я пока не голоден. — И уже тише добавил. — И вряд ли в ближайшие дни вообще жрать захочу.

— Твое дело. — Продолжая с аппетитом уплетать уже четвертый бутерброд, Ювентаний быстро окинул взглядом покореженные вампирские доспехи. Помятый металл красиво преломлял солнечные лучи, но для облачения будущего короля Импара решительно не годился.