— Хоть бы кровь убрал, экспериментатор…. — Темноволосый равнодушно пожал плечами.

— Она мне не мешает. — Раздраженный фырк, изданный светловолосым, был проигнорирован. — Ты хотел поговорить, Ювентаний. Я здесь и я жду.

— Поговорить? — Юноша (зеленоглазый действительно выглядел юношей лет девятнадцати) скептически выгнул бровь. — Я не хотел с тобой говорить две тысячи лет назад, и поверь, мое желание мало изменилось за это время.

— Ты все еще злишься? — Легкая заинтересованность больше смахивающая на вежливость.

— У меня нет повода, но как на счет мальчишки?

— Ему уже больше десяти веков, а ты все равно зовешь его мальчишкой… — Тонкие губы дрогнули в улыбке, но карие глаза так и остались равнодушными.

— Я старше. Имею право.

— О да…. Ты действительно имеешь… и не только право. Ты, как наш создатель, имеешь вполне реальную власть называть свои творения как тебе заблагорассудится, но не мог бы ты обратить внимание и на свои обязанности?

— Пытаешься спихнуть на меня ответственность за ваши деяния? Может быть, и за создание Порождений, этих мерзопакостных тварей тоже я ответственен?

— Ну не я же. — Зеленый взгляд потемнел еще больше, а на черных доспехах Эвера появилась вмятина. — Не злись, я пошутил. Так о чем ты хотел бы поговорить? Может, тебе все-таки хотелось бы обсудить некоторые темы со старым другом?

— Знаешь, Эвер, я бы с превеликим удовольствием обсудил твои похороны, но что-то мне подсказывает, что эта не та тема, на которую имеет смысл общаться с тобой.

— А ты совсем не изменился. — Эвер улыбнулся и впервые его глаза зажглись мрачным весельем. С такой веселостью оценивают шутку сильного врага, противника способного стать победителем.