— Есть, — негромко произнес Виктор. — Сколько можно иметь в месяц?

— Сколько заработаете, все в ваших руках.

Виктор добавил металла в голос.

— Точнее?

Валентина улыбнулась. Хорош! Побольше бы таких, жадных, агрессивных! Уж этот вытрясет из клиента всю душу вместе с деньгами!

— Точнее? — повторила она. — Две штуки баксов годится?

Серые глаза ее посмотрели весело и вызывающе.

— Годится, — усмехнулся он, давая понять, что оценил ее переход на современный молодежный язык.

Шурочка недоуменно похлопала ресницами.

— А зарплата у меня какая будет? — спросила она.

— Зарплата? — в тон ей ответила Валентина. — Никакой. Двенадцать процентов от суммы договора. В других агентствах дают семь-восемь процентов, решайте сами.

И в заключение добавила небрежно, раз и навсегда убирая пустые мечтания и недомолвки.

— Господа! Должна вас предупредить: не нравится — никто не держит, выбор у нас есть всегда. Надеюсь, это понятно. До завтра.

После ее ухода восемь человек медленно спустились по лестнице.

— Какое впечатление? какие мысли? — поинтересовался кто-то.

— Мягко стелет, да жестко спать…

— Дураков ищут.

— Надо попробовать, — Виктор задумчиво шагнул в вестибюль. — Не пропадать же деньгам.

— Конечно, — поддержала Шурочка. — Нам же сказали, что можно много заработать.

— Туфта все это. На работу не оформляют, стаж не начисляют, ни за что не отвечают. А вдруг не получится? Кто оплатит потерянное время?

— Риск невелик. Все к лучшему, никаких следов, — почему-то рассудил Виктор.

На следующий день в конференц-зал пришли только Шурочка и Виктор Селезнев.

— Вот и славно. Вас-то я и заприметила, — добродушно встретила их Валентина. — Пойдемте.