- Так они бы и послушали! - вырвалось у Сергея.

- А вы говорили?

- Нет...

Он не говорил. Он был в каком-то полусне. Его, правда, и не спрашивали. Ему сообщили об отъезде, сами решили, и он, будто оглушенный, даже не подумал, что можно сопротивляться, он бродил по городу, он запоминал, он знал, что не вернется, и может быть, именно поэтому Таня не пишет, поняла, что он сразу ушел от нее, в ту секунду, когда услышал это "едем", и что бы он ни говорил ей потом о любви, как бы ни просил писать, ждать и что там еще можно просить на прощание, все это не имело значения, потому что он - согласился. Значит - предал. Даже если ничего между ними и не было прежде.

- Вот видите, - сказал Арье.

- Я растерялся тогда...

- Все равно. Вы сделали выбор. И мир стал таким, каким стал. Но стал ли?

- В каком смысле? - спросил Сергей, но по внутреннему напряжению в голосе Арье понял, что именно сейчас и последует главный вопрос.

- Стал ли? Я вот что хочу сказать... Я, видите ли, физик. Вам, конечно, все равно. Кстати, местной науке - тоже. Мы с Тамарой тут уж четвертый год. Я пытался пробиться. Двухлетняя стипендия - даже ее мне не дали. Попросту не нужно оказалось все, чем я там занимался... Впрочем, я не о том опять. Сижу вот, смотрю как Тамара деньги заколачивает... Короче говоря, Сергей, там я занимался проблемами многомерности физического космоса. Ничего себе тема, да? Так вот. Слушайте внимательно. То, что я сейчас скажу, примите пока на веру, потому что физику вы все равно не знаете, а от вас очень многое зависит в моей системе доказательств.

Что могло зависеть от Сергея? Ничего, в этом он был уверен. Впрочем, Арье, видимо, перестал слушать его мысли или перестал переводить их на понятный ему язык. Во всяком случае, на мысли Сергея он не обращал теперь ровно никакого внимания.