— Что?

Фритарик в нескольких фразах обрисовал суть медицинских воззрений своего народа. Веккос снисходительно улыбнулся.

— Друг мой, ни Гален, ни Цельс, ни Асклепиад ни словом не обмолвились об эльфовом простреле. Так что я не могу всерьез…

— Значит, никудышный ты лекарь! — рявкнул Фритарик.

— Вот как! — процедил оскорбленный грек. — Кто тут из нас врач?

— Прекратите ругаться, не то мне хуже станет, — взмолился Пэдуэй. — Что я должен принимать?

— Завари эти травы и пей по чашке каждые три часа. Превосходная смесь: легкое слабительное для вывода излишков черной желчи, буде таковые образуются…

— Где слабительное?

Веккос указал, и тонкая рука Пэдуэя немедленно выхватила растение.

— Я хотел бы держать его отдельно, если не возражаешь.

Веккос успокоил больного, велел не вставать с постели и удалился. Невитта и Германн ушли вместе с ним.

— Тоже мне врач, — ворчал Фритарик, — слыхом не слыхивал об эльфовом простреле!

— Кликни Джулию, — приказал Пэдуэй. Явилась служанка и с порога запричитала:

— О, милостивый хозяин, какая беда стряслась с тобой? Я сейчас же позову отца Нарциссия…

— Не смей! — Мартин оторвал веточку слабительного средства и протянул ее девушке. — Прокипяти хорошенько и дай мне чашечку отвара. А этот веник, — он протянул ей охапку зелени, — куда-нибудь выброси, только чтоб медик не заметил.

На следующее утро голова почти не болела, но Пэдуэй чувствовал себя слабым и разбитым. Он спал до одиннадцати, пока его не разбудили Джулия и преисполненный достоинства мужчина в мантии поверх длинной белой тоги с узкими рукавами. По тонзуре посетителя Пэдуэй догадался: перед ним отец Нарциссий.

— Сын мой, — начал священник, — с горечью вижу, что Диавол напустил на тебя своих приспешников. Сия добродетельная дева обратилась ко мне за духовной поддержкой…