— Я бы тоже не поверил. Тем не менее, эта машина знает все, абсолютно все.
— Да? Сколько денег у меня в бумажнике? — все так же невозмутимо продолжил Раймонд.
По монитору побежали строки:
«Двадцать восемь единых долларов и тридцать пять центов. Кроме того, в бумажнике находятся водительские права и две кредитные карты. Первая — Международного Единого Банка, сумма на счете…»
— Хватит, это уже никого не касается!
Грэг победоносно взмахнул рукой и даже чуть не подпрыгнул на месте от восторга: хладнокровие друга наконец-то дало трещину.
— Как она работает? — спросил Раймонд с неподдельным интересом.
— Я сам сначала не поверил. Ты слышал когда-нибудь о теории ограниченности общей информации?
— Что-то такое припоминаю. Лет пятнадцать назад о ней шумели, предрекали настоящую революцию в науке… Но, в конце концов, так никто ничего не доделал, и все заглохло.
— Тогда я чуть напомню. Вот, например, когда тебе самому надо было задать бесконечное поле, ты что делал?
— Транслировал одну ячейку во все стороны до бесконечности.
— Точно! А как мы игру «На новом «Форде» по всей Земле» делали, помнишь?
— Конечно! Мы тогда наделали примитивов. Там, где были карты, выстроили их в соответствии с ними, где не было — пользовались самоорганизующимися стохастическими алгоритмами. Так никто и не мог понять, откуда ж все так точно? Каждый же по знакомым местам проверял. А весь наш шарик давно уже в Google’e как на ладони, а города. Так до мельчайших подробностей.
— Именно! Оказывается, Господь, создавая мироздание, делал так же, и всей информации в мире не так-то и много.
Раймонд иронически улыбнулся, но эксперимент с компьютером трудно было опровергнуть.
— Вот смотри! — продолжал Грэг. — Вся информация о Вселенной на самом деле умещается в этой маленькой машинке с удобным интерфейсом. Алгоритмы архивации Айзенштайна как раз вели к этому. А ты ему тогда подкинул идею, и он заархивировал свою информацию… А потом еще чью-то, а потом всю остальную, до которой смог добраться. А ее, как оказалось, не так уж и много. И, в конце концов, все схлопнулось.