— Благодарю высоких леди и лордов за ваше терпение и готовность к компромиссам. Я не сомневаюсь, что наш договор лишь первый шаг на пути к миру.

Он задумался вдруг, а потом дотронулся пальцами до серебристой пряди, и отсеченные волосы легли на стол перед Советом. Регина смотрела на нее, зеленея от злости, — опять он повторил тот же трюк: темный вкладывал им в руки оружие, делал себя уязвимым, и тут же лишал их возможности воспользоваться мнимым преимуществом! В тайне его жест не скроешь, и выстриженное место бросается в глаза… Наверняка скоро пойдут слухи, — пусть среди своих, но тем это и опаснее. Теперь даже если он, напившись, ногу себе сломает, можно будет пенять на чары Совета!

— Я хотел бы уехать немедленно, с вашего позволения.

Это вырвалось само собой: находится здесь было уже невыносимо и морально, и физически, ведь даже комнаты в которых он спал, виделись как ажурная клетка из враждебных заклятий. Как еще выдержал! Все равно что просидеть трое суток, положив голову в пасть крокодила…

— Конечно, господин Дамир, поступайте, как вам удобнее, — оказывается, и Робер превосходно умел жонглировать намеками.

Сборы были короткими, и когда темный маг покинул ставку Светлого совета, день еще только начинал клониться к вечеру.

С госпожой Лизеллой он не встретился больше.

Сначала была только резкая острая боль — коротким внезапным ударом шабера под ребро.

Усилием воли он просто отсек эту часть сознания, отгородив непроницаемым барьером цели. Но и цель его обманула, давшись неожиданно легко. Дамир был абсолютно уверен, что Совет имеет какие-то свои планы: уж слишком быстро они согласились. Стоило придумать такую комбинацию и так расставить позиции, что бы они не смогли сделать ни одного шага. Эти мысли отвлекли, но не надолго. К тому же он очень устал: перепады эмоций, постоянное напряжение выматывали не меньше настоящего боя.