Пэйн чуть отодвинулся, еле слышно вздохнул и мысленно написал «охотница за деньгами» рядом с ее лицом. В последнее время Эвери стал приводить домой женщин, которых, казалось, больше привлекал семейный замок и предполагаемое богатство, чем мужчины, которые в нем живут.

— Да, у нас есть немного земли. И, да, работы по управлению имением достаточно, но я люблю эту работу, она не такая уж неприятная. Так, простите, чем Вам помочь? Может, у Вас есть какие-нибудь вопросы? — Пэйн глянул на древний манускрипт, лежащий перед ним, желая только, чтобы его оставили в покое, и чтобы он мог закончить свой перевод.

— Ну, это очень любезно с твоей стороны, но это я здесь, чтобы помочь тебе, — ответила она, отодвинула в сторону манускрипт, чтобы опуститься на стол перед ним. Улыбка Клэрис превратилось в вульгарное приглашение. — Я думаю, что могла бы протянуть руку помощи, — она сделала паузу, и ее взгляд метнулся к его промежности, — ко всему, что в этом нуждается. Могу сказать, что я весьма хороша в своем деле.

Пэйн откинулся на спинку стула, а она скрестила ноги. Он поставил ей высший балл за ту случайность, с которой ее платье задралось на бедрах. Неужели она в курсе, кто, на самом деле, он и его братья? Или она просто ищет приключений с истинным Шотландцем, что, как он слышал, у американских туристок — обычное дело?

— Что Вы имели виду, предлагая свою помощь?

— О… и то, и это, — ответила она и быстро пробежалась своим маленьким розовым язычком по нижней губе. Пэйн, наблюдал ее попытку соблазнения, тихо забавляясь. — На самом деле, все что угодно. Я открыта для любых предложений.

Она опустила плечо и наклонилась вперед, позволяя ему беспрепятственно разглядывать два увесистых полушария.

Как мужчина, он чувствовал себя обязанным хоть на мгновение восхититься ими. Сделав это, он послал Клэрис твердую прощальную улыбку.