— Даже если принять это за правду — хотя, по мне, звучит это не очень правдоподобно — то какое отношение это имеет к настоящему моего отца?

Каспар осторожно поставил стакан на стол и прижал руки к коленям; его поза по каким-то причинам начала раздражать Пэйна.

— Маленький вопрос относительно долга твоего отца, который вытекает из покупки помощи Оринса.

Пэйн сжал зубы. Еще один «охотник за деньгами», хоть и демон. Он обошел стол с другой стороны, вытаскивая чековую книжку.

— Сколько?

— Ты неправильно меня понял, Пэйн. Долг твоего отца Оринсу нельзя возместить посредством смертных денег.

— О? — Пэйн закрыл чековую книжку и подозрительно посмотрел на Каспара. — Что он тогда задолжал?

— Простую вещь. Маленькую статуэтку обезьяны. Ты, наверное, ее знаешь? Я понимаю, что это — семейная реликвия; ее самое распространенное название — Бог Цзилинь.

Пэйн нахмурился и начал рыться в своих воспоминаниях.

— Статуэтка обезьяны? Нет, я никогда о ней не слышал, не говоря о том, чтобы знать.

Каспар вытащил из кармана лист бумаги.

— Вот — эскиз статуэтка. Она приблизительно шесть дюймов в высоту, черная, сделана из эбенового дерева. Происходит, как говорят, из Китая, ей приблизительно шестьсот лет.

— Династия Минь, — рассеяно сказал Пэйн, все еще роясь в своих воспоминаниях. Насколько ему помнилось, его отец никогда ничего не упоминал о статуэтке обезьяны как о семейной реликвии. Сам же он знал каждый квадратный дюйм замка и никогда не видел эту вещь.

— Да. Какой ты проницательный. Ты знаком с этой эпохой?

— В некотором смысле. Я провожу небольшое исследование рыцарства на службе у Марко Поло. Он был в Китае во время династии Минь. Но почему я должен верить твоим словам?