
— В конце концов, ты сделал все хорошо, Даламар Найтсан.
В конце концов!
— Вы сомневались во мне, моя Леди? — Даламар позволил себе небольшую улыбку.
Она не ответила на неё:
— Сила тела и воля духа. Они всегда востребованы в каждом.
Даламар склонил голову в согласии:
— И все же. Я прошёл ваше Испытание.
Юстариус приподнял брови, удивлённый безрассудностью речи этого желторотого мага:
— Ты дерзок, юный маг. Быть может, слишком дерзок.
— Я дерзок, мой господин, дерзок когда это необходимо, — Даламар мельком взглянул на расположившуюся перед ним троих людей. — Я дерзок и смел, я не боюсь риска и точно знаю, чего хочу добиться. Если это не то, что необходимо вам, то чего же вы хотите?
Ладонна подняла руку в успокаивающем жесте, кольца, искрящиеся на её пальцах, казалось, издают мягкое свечение. Юстариус молчал, но его лицо от гнева приобрело оттенок алой мантии.
— Моя леди, — Даламар сделал шаг по направлению к Ладонне, — я сделаю всё, что вы пожелаете. Та жизнь, которую я так ценил, была утеряна. — Он оглядел весь зал и остановился на трёх, собравшихся в центре магах. — Моя задача выполнена. Чем я могу служить вам теперь?
Улыбка прекрасной Главы Черных Мантий так и не затронула её глаз.
— Мы знаем, на что ты способен. Но сначала ответь мне, Даламар Найтсан. Что тебе известно о Башне Высшего Волшебства в Палантасе? Пульс Даламара заметно участился. Он заметил странное мерцание в глазах Пар-Салиана и Юстариуса., и даже в глазах Ладонны, хотя она и старалась отвести их. Страх. Страх распространился по зале.
— Я слышал то же, что и каждый, — сказал он осторожно. — Проклятие навеки погрузило Башню погружена во тьму и молчание. Но недавно она была открыта, а проклятие — снято. — Даламар склонил голову. — Так же я слышал, что он запретил кому-либо входить в нее.
Белые одежды зашелестели, подобно голосу привидения, Пар-Салиан наклонился вперед. Глядя на него, Даламар подумал о том, что возраст мага ничтожен по сравнению с его собственным, однако перед ним стоял человек повидавший столько же, сколько и эльф за три с лишним сотни лет, а, может быть, и больше. Как быстро гаснут их свечи…
