Едва успели оценить критический ум докладчика, едва утихли смешки, как вдруг я заметил впереди, во втором ряду, человека из моего сна. Он улыбнулся, хотя глаза его остались серьезными и внимательными. Я наблюдал за ним исподволь, когда он оглядывал зал. Это был человек, которого я видел с Рутой... Он внимательно слушал Караганова, иногда что-то записывал в блокнот. Теперь на нем была кожаная куртка.

А докладчик говорил о том, что еще в начале века находили фигурки людей, подобные гватемальским. Но тогда не знали, что они магнитные. Караганов достал фигурку женщины из темного камня. У меня почти не было сомнений: такой же темный камень я где-то уже видел...

Человек, за которым я наблюдал, извлек из своего бокового кармана точно такую же статуэтку. Он держал ее у колен, переводя взгляд со своей вещицы на ту, что демонстрировал Караганов, словно убеждаясь в тождестве или, может быть, отыскивая едва уловимые различия.

Я не спускал с него глаз. Вот человек спрятал статуэтку. Незаметно кивнул, словно одобрил слова Караганова, вспомнившего о старом эксперименте с подобной же статуэткой, найденной в Южной Америке. Статуэтка обладала престранным свойством: каждый, кто брал ее в руку, словно бы ощущал слабое покалывание электрического тока.

- Может быть, это магнитная запись? - сказал Караганов. - Может быть, фигурки намагничены намеренно и слабый электрический ток, покалывающий руку, - сигнал?

И опять человек, за которым я наблюдал, едва заметно кивнул.

- Какое это имеет отношение к Атлантиде? - спросил Караганов. И тут же ответил: - Способ записи вполне мог быть там известен. Послушаем человека, который доверился древнему разуму и записал свои впечатления.