Воздух в аквапарке был пропитан влагой, вода искрилась от ярких лучей летнего солнца. С высоты водяной горки люди внизу казались крохотными, словно муравьи, а в пронзительно голубом небе вальяжно плыли пушистые облака, казавшиеся совсем близкими. И где-то внизу, в пенистой прохладной воде, изумрудной от безвредных красителей, проделав долгий путь на животе, визжа от страха и восторга, думая о том, чтобы не лопнули лямки достаточно открытого купальника, Софья врезалась в Максима. Он заглянул в аквапарк первый раз в жизни, по совету новых армейских друзей, в надежде стряхнуть тяжелое похмелье от двухдневного обмывания звезд на погоны.

Софья сбила Максима с ног, и они, в фонтане ярких брызг, погрузились под воду. Максим неудачно стукнулся головой о кафельное дно бассейна, вынырнул разозленным, но сиюминутно был сражен красотой Софьи, забыл и про рассеченную бровь, и про терзающее похмелье и захворал уже от другой болезни – душевного характера. Стоит отдать Максиму должное – несмотря на кровь, заливающую его глаза, стоя по грудь в воде, он тут же цепко схватил Софью за руку и попросил не отказывать в просьбе сходить вместе в какое-нибудь кафе. Софья растерялась не меньше, к тому же свезла до крови кожу на коленке, но на просьбу ответила согласием, выдвинув встречное условие – сходить не в какое-нибудь кафе, а в конкретную блинную, что располагалась всего в квартале от аквапарка.

Оставшееся до поезда время Софья ела блинчики, мороженое, общалась с Максимом и с удивлением прислушивалась к совершенно необъяснимым чувствам, будоражащим ее сознание. До этого времени Софья несколько раз пыталась влюбиться в симпатичных парней сначала в школе, а потом и в мединституте, но она и представить не могла, что любовь обрушит на нее всю свою мощную и неукротимую силу именно здесь, в Питере.

Спустя несколько часов (которые показались Софье стремительным мгновением, словно робкий легкий выдох) настало время расставаться.