Добавлю, что ничего, кроме комбика из нанокожи, на Салли не было. Она казалась нагой, только застёжка охватывала талию сверкающей змейкой. Блики барного полусвета лениво ползали по бёдрам и груди. Завитки её коротких, очень светлых волос напоминали лепестки цветка, я только забыл, как он называется. Растрёпанный белый цветок на гибком чёрном стебле. Пробитые колёса, шашлыки и девчонки Лямкины вмиг вылетели у меня из головы. Как я очутился у стойки и что сказал е-бару, не помню. Но я думаю, мозг мне ещё не совсем вынесло, потому как на стойке передо мной появился стакан с бум-колой. Пить я не стал — всё разглядывал завитки её осветлённых волос. Они казались жёсткими, как проволока, и я представил себе, какими они должны быть на ощупь. От таких мыслей в животе у меня похолодело и заныли зубы. Я вспомнил, как Дэн настучал однажды в чате одной дуре, что у неё, мол, аблевастровые волосы. Той понравилось. «Сказать этой, — думал я, — что у неё волосы аблевастровые, или не стоит?» Я решил, что, пожалуй, не стоит. Терпеть не могу умников и красивые слова, особенно если не совсем понимаю, что эти слова означают. Пока я раздумывал, мой стакан загадочным образом опустел. «Волосы волосами, но надо бы поздороваться», — решил я и, думаю, сделал это, потому что она ответила: «Хай, мальчик», — и глянула мне прямо в глаза.

Вот тут-то и состоялся полный вынос мозга. Глаза у неё были серые, прозрачные-прозрачные. Два лесных озерца. Но я это припомнил позже, а тогда мне будто из рейлгана в башку жахнули. Очнулся — нет её рядом. Пустой табурет, пустой бокал с воткнутой наклонно соломиной, на которой зонтик, а на дне бокала — вишня. «Вишню тебе с зонтиком», — бухнуло в голове. Я оглянулся, но незнакомки уже след простыл. В тот раз не получилось даже узнать, как её зовут, и всё же я твёрдо обещал себе найти её, потому что не мог с тех пор забыть чёрную точёную фигурку, жёсткие завитки волос и пару холодных лесных озёр.

Стоя с закрытыми глазами на ветру, я вспоминал о Салли, а когда открыл глаза, увидел хмурое утреннее августовское небо над чередой похожих на воротца для крокета опор монорельса. Пустой перрон. Я поёжился как от холода. Тоска. Чтобы поднять настроение, подумал: «Салли, я скоро буду». Потому что не просто бежал от Системы, а ехал к моей Салли Энн. Но действительно ли она…