В доке его вполне успешно восстановили, разве что к недешовой отделке кают, пострадавшей при абордаже, не стали даже прикасаться – не было ни времени, ни желания, ни потребности в том. Лайнер вместил в себя почти пятьсот немецких пленных – остальные две сотни остались, их устраивала и работа, и зарплата, и перспектива через несколько лет вернуться домой состоятельными людьми. Ну в самом-то деле, что их там ждало? Или остаться в армии, где платили не то чтобы очень, либо работать на гражданке, где во время кризиса перспективы тоже были не то чтобы очень. А здесь им предложили великолепные условия, они были востребованы, да и относились к ним с уважением. Почему бы и нет? Даже те, кто улетал сейчас, в большинстве успели подхалтурить и в ближайшие пару лет могли не беспокоиться о деньгах – Виктор платил золотом.

Лайнер уходил с помпой – хотя путь и считался теоретически свободным от пиратов, но Виктор настоял на почетном эскорте из двух легких крейсеров, сейчас браво шуровавших чуть позади лайнера, с небольшим смещением, дабы не мешать друг другу. Ну и последним двигался корабль обеспечения – немцы должны были прибыть домой прежде, чем даже слух об их возвращении докатится до материнской планеты. Наверняка факт подобного успеха обеспечит Лютцову дополнительный политический вес, ну а в других странах отсутствие сколь-либо положительного результата на этом фоне вызовет бурю эмоций и, соответственно, сделает их правительства сговорчивее. Ну а для того, чтобы сделать в будущем сговорчивее самого Лютцова, лайнер прошел в зоне прямой видимости (да что там прямой видимости, несчастные пять километров, в космосе это ближе, чем борт к борту) от трофейного американского линкора, на котором только что закончили ремонт и, заодно уж, легкую модернизацию. Вид неспешно маневрирующего исполина производил впечатление на непосвященных и внушал уважение профессионалам. Лютцов был профессионалом и выводы о кратно возросшей огневой мощи местного флота сделал именно те, на которые Виктор с Айнштейном и рассчитывали, то есть не испугался, но зауважал – не только сам корабль, но и то, насколько быстро был сделан ремонт.