Так что с третьей попытки политические тяжеловесы подписали договоры без особых проволочек, да и то сказать, не такие уж невыполнимые условия в них были прописаны, а перспективы смотрелись очень привлекательно. Их шестерки, глядя на хозяев, естественно, тоже поспешили последовать их примеру. Единственные, кто продолжал артачиться, так это оскорбленные до глубины души французы, однако именно их сейчас никто особенно и не слушал.

Единственное, что портило всю картину, так это демонстративное игнорирование всей этой возни Россией. Огромная (и на данный момент сильнейшая) страна упорно не обращала внимания на происходящее. Конечно, с одной стороны, это давало ей моральное право в любой момент начать наводить порядок во владениях, которые она считала своими (Виктор не обольщался, против совокупного удара Российского дальнего флота он не продержался бы и пары дней), с другой, судя по тому, что наезжать Россия не пыталась, а торговля, пусть и насквозь нелегальная, продолжала расширяться, кто-то там, на Родине, был весьма и весьма заинтересован в таком состоянии дел. И в один прекрасный момент этот кто-то мог проявиться и попытаться использовать мятежников в своих целях. Виктора это категорически не устраивало – он предпочитал использовать себя сам, а не таскать непонятно кому каштаны из огня, его товарищи такую точку зрения столь же категорически разделяли. Результатом стал мозговой штурм, на основании которого решено было на случай всякий завести себе пару лишних козырей в рукаве. Одним из таких козырей должен был стать гравитационный движок – головастики все-таки разобрались в принципе его работы, причем безо всяких новоизобретенных математических аппаратов. Оказалось, теорию разработал еще в середине насквозь далекого двадцать первого века один умник из Хьюстона, только применения ей тогда не нашлось, а позже она забылась – видать, посчитали утопией, тупиком.