- Япончик. Что будет, если ты умрешь в виртуальности? А?

Япончик слегка повернул голову в сторону Алекса. Некоторое время молчал, и Алекс понял, что он смотрит на него через какое-нибудь следящее устройство в углу или под потолком, смотрит бесчислеными клазами кибер-жучков, притаившихся в стенах. Алексу снова стало плохо.

- Еще никто не умирал в виртуальности, - ответ Япончика прозвучал глухо.

- Никто?

- Надень шлем, я приготовил тебе сводку. Это недолго.

- Зачем тебе это все, Костя? - спросил Алекс.

Япончик помолчал, а затем спросил:

- Откуда ты знаешь мое имя?

- Я много чего знаю. Но это не так важно. Зачем тебе это все... Алекс обвел взглядом комнату, аппаратуру.

- Для виртуальности.

- А виртуальность?

- Когда ты глушишь боль взгонкой из кокаина, ты задаешься этим вопросом? Зачем тебе кок? Нет, я уверен, что не задаешься. Он тебе нужен. Чтобы почувствовать свободу, вернуть угасающую жизнь в отвыкшее жить тело... Чтобы унять боль очередной ломки. Ты знаешь, что очень трудно жить в мире, которому лет сто как надо было бы умереть. Очень трудно смотреть на разлагающуюся плоть общества и знать, что так будет всегда. Мне иногда кажется, что я нахожусь в психушке. Причем без шансов быть излеченным, потому что врачи такие же безумцы, как и больные. Но я стараюсь, очень стараюсь найти выход из этого заключения... И он здесь. - Япончик сделал жест рукой в сторону аппаратуры.

- И здесь, - Япончик тронул свою голову. - Только этот выход нужен не мне одному, а мой взгляд на это волнует не каждого. Поэтому на лестнице лежат модифицированные "Навозники".

Япончик замолчал. Алекс поднял с пола шлем и нахлобучил его себе на голову.

- Объект (Алекс внутренне вздрогнул), - сказал Япончик.