Повод напиться был, а возможности нет. Даже обидно. Видимо какое-то атавистическое чувство заставляло Алекса в случае каких-либо неприятностей доставать из шкафа бутылку, наполненную темной жидкостью. Даже если нет эйфории, нет удовольствия, кроме вкусовых ощущений... Зато есть повод. Еще бы не быть. В такой запутанной ситуации Алекс еще не разу не находился. Он убивал, много, достаточно много, чтобы тени умерших не беспокоили его по ночам. Но такого, чтобы организация-заказчик была еще и организацией-объектом... Объект работал на якудза. Он был такой же принадлежностью клана, как и те деньги, что Алекс взял авансом за выполнение дела. А если он принадлежал якудза, он был якудза. Он был членом организации, одно могущество которой не позволило послевоенной Японии встать на колени перед всем миром и стать страной без будущего. Только эта огромная, древнейшая организация встала на пути крупных корпораций, которые ринулись на побежденную территорию разделять и властвовать. Убить якудза... Это довольно изощренный способ самоубийства.

Не выполнить работу для якудза... Тоже самое.

Сидя перед этой невероятной вилкой, Алекс с мрачным видом смаковал тонкий вкус коньяка. В бутылке этого тонкого вкуса оставалось еще чуть-чуть.

Алекс потянулся за бутылкой и вылил остатки в бокал.

Сделал маленький глоток. Подождал, пока жидкость прокатится по горлу, и втянул в себя воздух сквозь чуть приоткрытые губы... Алкоголь испарился, Алекс выдохнул через нос и прислушался к своим вкусовым ощущениям. Хорошо. Он толкнул ногой столик и повернулся вместе с креслом в другую сторону. Включил компьютер и снова прокрутил те данные, что дал ему Япончик.

Ситуация получалась следующая. Когда-то, уже после всех войн, оперативная команда японского преступного клана сумела выкрасть, выкупить или каким-либо иным методом заполучить данные по проекту "Квази-солдат". Алекс поднял бокал в честь Сержанта. И с чисто японской проницательностью якудза узрели в этих документах будущее для своих армий и новый золотой клондайк для своих кошельков.