Собравшись с последними силами, Фергюс сжал его руку.

— Ваше величество, я знаю, что вас не обрадует гибель короля Валора точно так же, как не радует моя смерть. Моргравии нечего бояться его ближайшие десять лет. Вступите с ним в переговоры, мой король. Хватит терять людей.

— Я тоже не хочу новых потерь. У меня нет желания продолжать войну. И если бы не моя глупость, ты бы сейчас…

Приступ кашля, начавшийся у Тирска, прервал полную раскаяния речь короля. Кровь хлынула на рубашку умирающего — зловещий признак того, что смерть не желала больше ждать. Магнус схватил полотняное полотенце, собираясь помочь, но тот оттолкнул его руку.

— Моя гибель принесет нашим врагам удовлетворение, они расценят ее как удар по Моргравии, — снова заговорил Фергюс. — Валор — гордый человек, но не глупец и тоже понимает, что его стране нужна передышка. У него нет сына, а значит, придет день, когда его дочь станет королевой Бриавеля и ей понадобится мощная армия. К тому времени, привыкнув к миру, жители наших двух королевств позабудут о прежней вражде. Они объединятся перед лицом опасности, которая грозит нам с севера. Когда-нибудь, мой король, Бриавель и Моргравия станут союзниками, чтобы защитить свой народ от общего врага.

Тирск говорил о Кайлехе, провозгласившем себя королем горцев. Сначала он был вождем племени, обитавшего высоко в Скалистых горах, подступавших к границам Бриавеля и Моргравии с севера и северо-востока. Горцы в течение многих столетий жили по своим обычаям, враждовали друг с другом и никогда не спускались в долину. Но лет пятнадцать назад юный вождь, которому в ту пору не исполнилось и восемнадцати весен, начал объединять племена под своей властью. Тирск не сомневался, что рано или поздно Кайлех попытается захватить плодородные земли Моргравии и Бриавеля.

— Я укреплю северную границу и выдвину туда войска, — сказал Магнус, как будто прочитав мысли Фергюса.

— Теперь я могу упокоиться с миром.