– Только не шевелись!.. Только не дергайся!..

Вскоре в детскую вбежала ее дочь, таща под мышкой лестницу-стремянку.

– Я сама! – сказала Леночка и полезла к сыну.

Когда лопасть вентилятора, на которой покоился озорник Кирюша, поравнялась с ней, несчастная мамаша схватила сынка и прижала его к груди.

– Только не свались! – пробормотала последнее заклинание Инна Юрьевна и мертвой хваткой вцепилась в хлипкую лестницу.

– Как он туда попал? – прошептала Леночка, спустившись вниз и поглядывая с ужасом на вентилятор. – Я уложила мальчика в постель и накрыла одеялом!

– Лучше не ломать над этим голову, лучше не ломать голову… – Инна Юрьевна упала в кресло и закрыла глаза. – Вот что, Лена. Я, конечно, буду тебе помогать какое-то время… Но ты все же постарайся найти ему хорошую няньку. Я сама готова платить, лишь бы не лазить за мальчиком на потолок!

– Ты думаешь, это повторится?

Леночка перевела взор с перепуганной матери на розовенькое личико сына и увидела, что Кирюша внимательно ее разглядывает, беззвучно шевеля губами и пуская пузыри.

– Кажется, он хочет что-то сказать…

– Ему всего три дня, Лена!!

– Я помню, мама…

– Мама! – четко повторил озорник Кирюша и снова рассмеялся звонким, как колокольчик, смехом.

Не успела Инна Юрьевна уехать от дочери к себе домой, как к Леночке Леденцовой заявились новые гости: ее соседка Марья Степановна Хохлова с девятилетней дочкой Татой.

– Ну, дорогая, показывай свое сокровище! – целуя усталую Леночку, проворковала Марья Степановна. – Нам с Таточкой так не терпится взглянуть на твоего малыша Кирюшу!

– Он спит, Марья Степановна, – попробовала, было, сопротивляться напору соседки хозяйка дома. Но быстро сдалась и открыла дверь в детскую. – Хорошо, посмотрите и сразу назад!

Любопытная Марья Степановна прошмыгнула в комнату и встала, как вкопанная, у кроватки.