Биолог прижался спиной jk известняку и перевел дух.

Восхождение подходило к концу. И пока все складывалось удачно. Никто не сорвался, не промахнулся мимо выступа импровизированной тропинки, не уронил вниз оружие.

Еще полчаса – и вся группа взберется на вершину горной гряды.

Снизу раздалось мелодичное бормотание.

Влад прислушался.

К тихому голосу Гречко присоединился веселый тенор Васи Славина:

Рокотов обмотал вокруг левой руки закрепленную на крюке веревку и наклонился вперед.

– Эй! У кого там обострение маниакально-музыкального синдрома? Певуны умолкли.

– То-то! – Влад подавил смешок. – Еще раз подобные арии услышу, попрошу батюшку, чтоб он предал вас анафеме… Тоже мне, дуэт патриотов.

Василий засопел, хотел что-то ответить, но Игорь дернул приятеля за штанину.

– Лучше молчи. Сами нарвались… Славин обреченно вздохнул и пополз дальше, ловко обходя неудобные камни и вжимаясь во влажный песок расщелины.

– Они так часто развлекаются, – шепотом сказал Филонов. – Возьмут какую-нибудь песенку и давай текст менять. А потом гундосят на пару…

– И, небось, исключительно с националистическим подтекстом, – полуутвердительно отреагировал Рокотов. – Про жидов, про «черных». Фестиваль имени доктора Геббельса, премии от мсье Лимонова…

– Не без этого, – согласился Никита. – Но иногда бывает действительно смешно.

– Кто б сомневался! Только надо время и место выбирать нормально… А то разорались, понимаешь, посреди ночи.