Первыми вернулись ленинградцы, братья-близнецы Любин и Нелюбин. Устало они присели у костра. Завгороднев торопливо засыпал в котел содержимое пакетиков.

- Нашли чего-нибудь? - спросил он исследователей.

- Кое-что есть, - ответил Любин и показал полиэтиленовый пакет с чем-то черным. - Опять свежий стул. И всего в километре от базы, представляешь?

Завгороднев это себе хорошо представлял, потому что хорошо знал, чем Арий питался последнюю неделю. Поэтому, разглядывая образцы, доставленные поисковыми группами, он машинально отмечал: это - после гречневой каши с говядиной, это - после "Завтрака туриста", а это - после овсяного супчика с грибами. Ребята в экспедицию подобрались дотошные, ничего подозрительного в окрестностях не пропустили.

Борис покормил товарищей, напоил их горячим ароматным чаем с травами и вновь остался один. Участники экспедиции разбрелись по палаткам отдыхать после напряженного трудового дня. Завгороднев не торопясь перемыл посуду, отнес маленькое ведерко с супом для снежного гоминида в скалы и снова прилег у костра. От выпитой хирсы его клонило в сон. Он прикрыл глаза, увидел в полусне огромный черный цилиндр, грозно настигающий маленькую и беззащитную "летающую тарелку" и, уже сонно чмокая губами, неожиданно подумал: "Хорошо бы было на самом деле туда... С бластерами... На межзвездном, блин, крейсере..."

5. Боевая фантастика.

Галактический крейсер третьего класса "Пан Станислав Лем" срезал край звездного скопления Гиады и вышел из подпространства на окраине системы красного карлика, который в звездных каталогах значился под невыразительным названием М21547ДК. Именно отсюда подавала сигналы бедствия цивилизация чернобрюхих тарантулов, по межзвездной классификации Lycosa Tarentula sapiens, а на галактическом жаргоне просто чернобрюшей или, как их еще презрительно называли гоминидные расы, черножопок.