- Откуда ты?

Дарима Тон ответила не сразу. С ее лица сошла улыбка. В две узкие полоски собрались губы. Белизна разлилась по щекам. Еще помолчав, она наконец очень негромко и грустно сказала:

- Я из две тысячи девятьсот девяносто восьмого года.

- Что-о? - Зубцов медленно, будто в нем туго распрямлялась пружина, поднялся. - Ты... вы... ты...

Теперь, как совсем еще недавно Дарима Тон, он тоже вертел головой, поспешно и жадно оглядываясь: да где же все это происходит? Мир-то не перевернулся ли?..

- И... и - тут? - наконец смог он спросить, почему-то указав пальцем в угол вагончика. - В глу... глухомани?

- Почему?

Она смотрела спокойно-спокойно. Зубцову показалось, глаза ее-совсем не мигали.

- Это сейчас так, в вашем времени. В нашем здесь - Всепланетный исторический институт.

Она подошла к окну. Зубцов приблизился тоже, но стоял, напряженно стараясь не прикоснуться к Дариме Тон, и потому из-за ее плеча ничего не видел.

- Как раз там, где проходит дорожка, - экспериментальная камера.

- И потому-то тебя к нам занесло?

Он все еще не верил тому, что услышал.

- О нет! Но в вашу эпоху именно в этой точке земного шара оказалась, как мы говорим, временная площадка.

Зубцов отступил от Даримы Тон, насколько позволяли) размеры вагончика, чтобы увидеть ее разом всю, от головы до ног. Мысли его метались. Дивчина красивая, ничего не скажешь. Но тоненькая же! И ростом ему по плечо. А что, если правда? Тогда хорошо хоть, что буровики здесь уже работали: поляна, вагончик... Прилетела бы на пару лет раньше - таежные дебри. Волком вой - никто не услышит.

- И что же? - вырвалось у него. - У вас там, в том институте, никого другого не нашлось, чтобы послать?

- Как это - другого? - Дарима Тон удивленно наморщила лоб. - Я не совсем понимаю.

Зубцов двинул плечами.

- Мужика надо было, покрепче.