В ребенке таилась сила. Бейн ясно понял это при первой их встрече - меньше часа назад. От ее руки погибли два безымянных джедая. Бейн не знал всех подробностей, окружавших их смерть; он подоспел уже после, обнаружив Занну, ревущую над телом прыгуна - местного животного-телепата, с головы до пят одетого в зеленый мех. У ног девчушки распростерлись еще теплые трупы джедаев, головы которых под нелепым углом повернулись на сломанных шеях.

Как видно, прыгун был другом и спутником ребенка. Бейн предполагал, что джедаи ненароком убили того, и, когда Занна решила поквитаться, встретили ровно ту же участь. Не подозревая о силе девчонки, бедняги даже не поняли, что происходит, когда она - ведомая слепым горем и чистой, презренной жалостью - обрушила на них ярость темной стороны.

Джедаи пали жертвой невезения: оказались не в том месте, и не в то время. Но не следовало считать их смерть напрасной. Бейну, по крайней мере, они помогли разглядеть потенциал малышки. Кому-то подобная череда событий показалась бы заранее предопределенной, словно мрачная участь была уготована незадачливым джедаям свыше и с одной только целью: свести вместе Бейна и Занну. Вне сомнения, нашлись бы и те, кто заявил, что сама судьба и темная сторона Силы условились дать учителю подходящую ученицу. Но Бейн в подобное не верил.

Он верил в величие Силы, но также он верил и в себя: он не просто слуга «пророчества», не пешка темной стороны, разыгрываемая неизбежным, неотвратимым будущим. Сила - лишь орудие, которым (не без помощи власти и коварства) он строит собственную судьбу. Из всех ситов, один Бейн по-настоящему заслуживает титула темного повелителя, и именно поэтому он все еще жив. И если Занна достойна стать его ученицей, ей тоже придется доказать свою ценность.