Не давая ему опомниться, Дарт подбежал к нему, сгрёб все шесть щупальцев и скрутил их в узел. Затем упёр гуманоиду колено в грудь.

— Говори! Выкладывай всё как есть, если хочешь жить!

Но бандит лишь визжал и пялился на комиссара выпуклыми глазами.

— Здесь тебе не полицейский участок, я с тобой церемониться не буду! — закричал Дарт, теряя терпение.

Он встряхнул гуманоида и ещё сильнее скрутил щупальца. Видя, что бандит продолжает молчать, он поднял его и с размаху треснул о землю.

— Так ты будешь говорить, проклятая поганка?

Но тут диверсант, улучив момент, нанёс тремя из шести своих коротких ног сильный удар комиссару в пах. Дарт пришёл в ярость. Он принялся тузить упрямца, как боксёрскую грушу.

— Колись, колись, бледный гриб!

Но гуманоид только визжал, извивался и норовил нанести ответный удар.

Флайер с Гибби и Трюфоном кружил поблизости. Гартигасец высматривал трупы своих сообщников.

— Ага! — воскликнул он и показал на карриорца, тело которого было насажено на верхушку дерева, как на вертел. — Вон один!

Второго сообщника, который падал в обнимку с полицейским, некоторое время найти не удавалось: обзор загораживали деревья и холмы. Только с четвёртого или пятого круга, снизившись насколько возможно, бандиты увидели его. Оба испустили удивлённый вопль. Сообщник был живёхонек — так же, как и странный полицейский, который сидел на нём верхом и молотил его кулаками!

— Глянь! — закричал Гибби. — Шидад и коп остались живы! Как такое могло произойти?

— У копа, наверно, был при себе портативный гравитационный буксир, — предположил Трюфон. — Шидад нам всё объяснит, когда мы пробуравим в черепе копа дырку…