— Наслышан о ваших похождениях, дорогой Гиххем, наслышан, — он протянул руку. — Ни за что бы не поверил, но факты, как говорится, налицо!

Они обменялись рукопожатием. Рука у генерала была твёрдая, прохладная, явно искусственная. Наверняка искусственным был и лысый череп, и глазные яблоки, да и многое другое.

Ленделерфу было уже далеко за двести (если не за триста), то есть он был в таком возрасте, когда карриорцы нуждаются в замене своих природных органов и конечностей на искусственные. Разумеется, в искусственных конечностях нуждались и более молодые, например, попавшие в переделки звездолётчики, военные, участвовавшие в боевых действиях, да и мало ли кто ещё, но к Ленделерфу всё это не относилось. Как было известно Дарту, генерал всю свою жизнь просидел в кабинетах Управления, а значит, конечности ему меняли по причине естественного старения его организма.

— Из отчёта Биофизического центра я с удивлением узнал, что вас невозможно убить! — Ленделерф уставил на Дарта взгляд своих вставных миндалевидных глаз с ярко-карими зрачками.

— Это сущая правда, сударь, — ответил комиссар. — Зауггуг сбросил меня в фотонный реактор, но, как видите, я стою перед вами!

Ленделерф рассматривал его целую минуту.

Дарт не прерывал паузы. Генералу, конечно, известно было не только об изменении его организма, но и обо всём остальном. На столе перед Ленделерфом лежали копии его рапортов и доклады исследовательской экспедиции, побывавшей на планете Аууа.

Специалисты, которые осматривали Дарта, были поражены его новым телом. Четыре месяца интенсивного изучения ни на шаг не приблизили их к разгадке тайны абсолютного бессмертия. Не удалось даже выяснить строение вещества, из которого он состоял. Определили только, что вещество было необычайно прочным и обладало свойствами, которыми не обладало ни одно из известных природных и искусственных веществ. Оно успешно противостояло любым внешним воздействиям.