- Ну, годится. Только ты там побыстрей с ними заканчивай.

- Как только, так сразу... Маришка, загружайся! Серега подбросил Ладу до метро и покатил с Мариной дальше. Лада посмотрела им вслед, пробормотала: "Вот так!" - и скрылась за прозрачными дверями станции...

А поздним вечером того же дня в спальный вагон "Красной стрелы" вошла сногсшибательная брюнетка в яркой боевой раскраске и со спортивной сумкой через плечо. Войдя в купе, она подняла полку, переложила сумку в багажный сундук, уселась сверху и раскрыла журнальчик.

Поезд тронулся. Минут через десять, когда за окном еще не отмелькали окраины, в купе вошел пожилой отутюженный проводник и попросил билет. Брюнетка протянула сразу два.

- А попутчик ваш покурить вышел? - вежливо спросил проводник.

- Жених? На поезд опоздал, наверное... Так что буду горевать в одиночестве. Вы, пожалуйста, никого ко мне не подсаживайте. Все же оба места оплачены.

- Да уж понимаю, - сказал проводник. - Чайку не желаете?

- Будьте любезны. Один стакан, с лимоном. Попив чаю, брюнетка закрыла дверь на "собачку", разделась, подумав, сняла и положила на столик парик, искусно сделанный из натуральных волос, сложила в специальный контейнер с раствором подкрашенные контактные линзы. Оглядев себя в зеркало, прапорщик Лада Чару сова нырнула под одеяло...

Утром из здания Ленинградского вокзала вышла все та же брюнетка - в элегантной замшевой курточке, с синей сумкой через плечо. Уверенно подошла к ожидающему выгодного пассажира таксисту.

- На Кутузовский, шеф! - Увидев не шибко довольный фейс, она усмехнулась. - Разрешаю хоть через Измайлово. Я не спешу.

II

- Степь да степь круго-ом! - надрывался будильник. Таня, не открывая глаз, нажала на рычажок, и будильник захлебнулся. Она перевернулась на другой бок, надеясь урвать еще хоть чуточку сна, но не тут-то было. На полу возникло шевеление, урчание, а потом Тане в затылок ткнулось нечто мокрое и холодное.