Павел автоматически кивнул.

- Я уж Павлу объяснял, - обратился Леня к Тане. - Мне срочно по делам надо. Это ненадолго, часа на три максимум. Я и собирался заскочить, тебя поздравить и туда рвануть. Теперь совсем опаздываю, засиделся с вами. Вы тут посидите пока, поболтайте... Пашка, дай слово, что не убежишь. А ты, Татьяна, смотри у меня, развлекай гостя дорогого, как умеешь. Если он скучать будет, я тебе этого не прошу.

- Ладно, - сказала Таня. - Я готовкой займусь, а Павел поможет. Вот и развлечемся.

Рафалович от дверей послал обоим воздушный поцелуй и. скрылся в прихожей. Хлопнула дверь. Павел и Таня одновременно встали.

- Ну, здравствуй еще раз, - сказал Павел и посмотрел на нее.

Впервые за это утро взгляды их встретились. Проскочила голубая искра. Цепь замкнулась.

Все закачалось и поплыло, унося с собой опыт и боль прошлых ошибок, ожоги прошлых любовей, здравый смысл и все рациональные соображения. Таня всхлипнула и повисла у Павла на шее. Он дрожащими руками прижал ее к себе.

- Что же ты, что так долго не шел? - шептала она сквозь слезы. - Я ждала тебя, столько ждала, устала...

- Я искал, - растерянно произнес он. - Искал всю жизнь, но только вот сейчас понял, что искал тебя...

- Надо что-то сказать Лене... Он взял ее лицо в ладони и бережно поднял, глядя в заплаканные и бездонные зеленые глаза.

- Я сам все объясню ему, - сказал он твердо. - Только завтра. Пусть сегодня будет и его день. Он заслужил.

- Да, - прошептала Таня. - Да, любовь моя...

Но случилось иначе.

Они не знали, сколько времени молча, не нуждаясь в словах, просидели на кухне, взявшись за руки. Если бы не телефонный звонок - кто-то ошибся номером, - сидели бы еще.

- Ой! - сказала, вернувшись от телефона, Таня. - Надо же готовкой заняться, а то Леня к вечеру гостей, наверное, назвал, да и сам скоро придет, голодный.