Звонка в дверь она не услышала, но по истошному лаю Бэрримора поняла, что звонят. Подумав на ходу: "Кто бы это?", она машинально вытерла совершенно чистые руки о передник и открыла дверь. На пороге стоял высокий мужчина в безупречном темно-синем костюме. На фоне костюма красиво выделялось большое алое пятно букета, который мужчина протягивал ей.

Таня оторопело приняла тюльпаны в хрустящем целлофане и отступила на шаг.

- Извини, - хрипловато сказал мужчина. - Роз нигде не нашел.

И только тут она поняла, что это Павел. Она выронила букет, схватила его руки в свои, втащила его в прихожую, машинально захлопнула дверь и порывисто обняла его. Губы их слились, пространство и время вновь сжались до здесь и сейчас.

Как и в прошлый раз, их привел в себя звук - звонок в дверь и сопутствующий лай Бэрримора.

- Звонят, - прошептал Павел.

- Не открою, - напечатали ее губы на его бритой щеке. - Пошли они все на фиг...

Но Павел уже опустил руки, отпуская ее из объятий.

- Открой, - сказал он. - Открой. Это хорошо. Это все нормально...

И отошел поближе к кухне. Таня открыла дверь.

- Это я! Вику ль, заходи!

Обдавая прихожую ароматами дорогого коньяка, ввалился Рафалович и, как на буксире, втянул вслед за собой совсем молоденькую девчонку со смазливой хитрой мордашкой. Она остановилась у самых дверей в нагловато-смущенной позе дворняжки.

- Знакомься, Викуля! - разведя руки в стороны, провозгласил Рафалович. Это мой лучший друг Павел Чернов, а это вот Таня, его невеста. Тани сегодня день рождения, мы решили, что справим его у меня... Ребята, это Викуля из канцтоваров...

- Здравствуйте... - ломким голосом проговорила Викуля, настороженно стреляя глазками по присутствующим. - Поздравляю! - сказала она Тане. Взгляд ее изумленно замер.

Заторможенный мозг Тани еще только выстраивал вопросы: как понимать Ленькино поведение и слова, особенно "невеста"; откуда взялась Викуля; что вообще происходит? Но профессиональные рефлексы уже работали вовсю. Она с ослепительной улыбкой приблизилась к Викуле и проворковала: