*** — И всё?

— Нет, еще промелькнуло: как хорошо, что ты девушка. Иначе пришлось бы становиться гомиком, а я их с детства не слишком люблю.

— А как же разряд тока, мгновенно поразивший обоих?..

— А разве мы стояли возле трансформаторной будки или ухватились за оголенный провод? Может, к лучшему, что так произошло, а то наша история закончилась бы, толком не начавшись.

— Все шутишь! Ты же понял, о чем я.

— О да. Ты хочешь, чтобы все было красиво и пафосно, как в сладких книжках с розовыми обложками. Я бы мог выдумать и про ток, и про хор ангельских голосов, но к чему? Я же не романтический герой, а настоящее все равно круче и значительнее, чем любой глянец.

— Я знаю. Я просто тебя подначивала. Хор ангельских голосов — это было бы как-то…

— Пошло — ты это слово искала? Пусть будет хор мальчиков-кастратов. Или хор мартовских кошек — на выбор.

— Пусть. Правда, тогда был сентябрь.

— Тогда хор пьяных забулдыг из соседней подворотни "Ой, мороз, моро-о-оз…"

— Ладно, хватит насмешничать над святым.

— Хватит так хватит. Теперь твоя очередь. Так что можешь вспомнить хоть канкан серафимов, если у тебя такое было.

— Я не буду придумывать. Буду излагать честно, как и ты. Итак, начинаю… ***

В прошлые выходные мне стукнуло тридцать два. У меня была пристойная и теплая семья: отец, мама и две младшие сестренки. Одна — похожая на весенний цветок мать-и-мачеху, вся в рыжих кудряшках, веснушках и смещках, а другая — строгая леди-льдинка с тонкими губами и очень прямой спиной.