Кто из них прав?

Агенту не дано решать. При любом раскладе его не устраивает вечное скитание по сетевым закоулкам.

Он выйдет в реал и доставит пакет.

…Жадная пасть дельты поглотила дебаркадер. Окружающее пространство кишело судами и суденышками, лодками и баржами. Вспучивались мачты и трубы, жидкая среда бурлила и пенилась, над ней повис жидкий концентрат из пота, жары, выкриков и перебранок.

Гур втиснул дебаркадер между кривым отростком пирса и залатанной древней джонкой (непередаваемая смесь запахов: рыба, кокаин, рисовая похлебка, позавчерашние носки). Его рана на плече почти затянулась. По телу струилась энергия.

– Эй! – донеслось сзади. – Ты занял мое место!

Гур не потрудился ответить.

Сейчас его занимал город. «Ищи знаки, те, что укажут путь в буфер». Старое, как мир, правило.

Доски причала скрипнули под его ногами. Перед агентом простирался заселенный сектор, визуализированные хранилища данных. Свободная торговая зона.

Пирс нырнул в переполненный портовый муравейник, и это был путь к спасению.

Который преградил перехватчик.

Сон разума порождает чудовищ.

Как это.

Нечеловеческая фигура, натри головы выше агента, птичий клюв и глупые, жестокие глаза. Перехватчик опирался на тонкие ходульные лапы, оканчивающиеся трехпалыми стопами. Его руки-крылья были распростерты, словно он только что прилетел. Из горла донесся хищный клекот. Одежда – широкие льняные штаны, расстегнутая на груди безрукавка. Ветер шевельнул сизые перья.

Декорации сдвинулись, перекраивая паззл.

Гур обнаружил себя и своего противника в накрытой куполом замкнутой окружности – арене для поединков. Программа, как и все здесь, дающая право на выход лишь одному из бойцов. Победителю. Значит, боги договорились и сделали ставки.