– Иди к черту! – сказал я.

– Это желание? – уточнил джин. – Шучу, шучу! Не бушуй.

– Слушай, джин – сказал Саня, – а что другие заказывали?

– Уж заказывали! – ответил джин, раскуривая новую сигарету. – Мир трясся – так заказывали.

– А каким был мир до самого первого желания? – спросил я.

– Я тебе что, справочное бюро? – заупрямился джин.

– Да ладно тебе, не ломайся, – пожурил его Саня. – Выкладывай.

– Я, честно говоря, не знаю, – нехотя ответил джин. Я слишком молодой – в будущем стотысячелетии мне исполнится пять миллиардов. Другие, более старые, может быть и знают.

Мы переглянулись.

– Я, кажется, знаю, что загадать! – сказал Сашка.

– Ага, – ответил я.

– Джин, а можно ли отменить все загаданные желания?

Замелькали страницы кодекса. С вожделением мы ждали ответа, глядя на джина, который со страшной скоростью листал книги, которыми он обложился в три слоя. Наконец, он поднял на нас удивленное лицо.

– В кодексе ничего про это не сказано, – ошарашено проговорил он. – Получается, что можно.

Мы улыбались. Мы предвкушали, как проучим всех алчных людишек. Мы-то точно знали, что без их мелочных эгоистичных желаний этот мир станет гораздо лучше. Или, по крайней мере, догадывались, что станет.

– Джин, – торжественно произнес Сашка, – я хочу отменить все когда-либо загаданные желания.

– Серьезно? – переспросил джин.

– Подтверждаю.

За секунду передо мной мелькнула вся история вселенной, пропущенная в обратном порядке. Я видел триллионы событий. Не выдержав, я закрыл глаза. То же самое сделал Сашка.

– Готово, – сказал джин.

Мы медленно открыли глаза, ожидая увидеть новый и счастливый мир, всем обязанный нам двоим. Вернее, Сашке.

То, что мы увидели, нам совсем не понравилось. Было темно. В темноте сидели два джина и загадывали друг другу желания.

– Что-то скучно, – сказал один.