— Километра два осталось, не больше. — Алексеев вздохнул. — Ты хоть в курсе, кого там уложили?

— А ты что, не в курсе?!

— Разумеется, нет! — Савва Васильевич нахмурился. — Единственное, что сказал дежурный: мол, срочно собирайся, на сорок втором километре Горьковского расстреляна машина, куча трупов… Через двадцать минут за мной уже заехали.

— А, ну да… Тебе ж от дома, считай, только до Балашихи час пилить… А дельце, похоже, Савва Васильевич, тухлое: среди трупов по крайней мере один почти стопроцентно тянет на заказняк: господин Сурик…

Алексеев в ответ округлил брови и, не удержавшись, присвистнул:

— Это который банк «Континент-трасс»?!..

— Он самый… Допрыгался наш Вадим Вячеславович по ходу…

— Дьявол… Вот дьявол!.. Только этого нам и не хватало… А остальные?

— Про остальных на месте узнаем, — покачал головой капитан, и как раз в этот момент из-за плавного поворота шоссе полыхнул яркий, но, к сожалению, совсем не новогодний свет, а в лучах фар «мерседеса» засветилась полосатая милицейская лента, перегораживающая трассу…

Первое, что бросалось в глаза, был косо стоявший на обочине черный «БМВ» с пулевыми отверстиями на лобовом стекле. Метрах в ста от него поперек шоссе застыл «мерседес» с распахнутыми дверцами, у которого стекол, во всяком случае боковых со стороны водителя, и вовсе не осталось. Возле него неподвижно стояли две фигуры в милицейской форме, еще метрах в пятидесяти дальше виднелась вторая полосатая лента и две припаркованные на обочине машины: обычный милицейский «газик» и какая-то иномарка с плотно закрытыми дверцами.

— Кто выехал-то? — хмуро поинтересовался Алексеев, прежде чем открыть дверцу затормозившего микроавтобуса. — Балашихинские?..

— Не-а, Купавна… Ладно, пошли!

— Погоди… Кто их тут в такое время вообще обнаружил?

— Я так думаю, — буркнул Олег, — хозяин во-он той иномарки, насколько знаю намылившийся вместе со своей подружкой продолжить празднование Нового года в столице…