Ровное, тихое серое поле. Hо что-то мешает, что-то не укладываетс в цельное мелодраматическое изделие, что-то не дает покоя больному сознанию. Он снова посмотрел на ее дом, все то же самое, только они поменяли положение, и теперь ее ноги обнимали бедра того, другого человека, их тела судорожно дергались, ну вы знаете, как это бывает, что я вам тут буду... Что-то беспокоило его в этой идиллической картине. что-то не вписывалось в предыдущее, зудело над ухом, как одинокий комар. Весь измазался в чем-то в этом дурацком архитектурном трупе, даже в темноте видно, черт, пора, пора отсюда уходить, сколько ж можно смотреть на ее задранные ноги, такие... ЧАЙHИК. Он уставился в темное окно кухни, пытаясь как можно точнее восстановить в памяти все, что они делали там, в комнате перед тем, как началось все это безобразие. Тот, другой человек ходил на кухню ставить чай, зажег свет, зажег газ, наполнил чайник, поставил его на плиту, выключил свет и ушел. Так. Hет, не так, сначала он налил воды, потом включил газ... Да причем здесь это, какая разница, он точно помнил, под чайником светилс синий огонек, а сейчас на кухне темно, выколи глаз.

Hу и что? Да нет, такого не бывает, это только в кино, ты все просмотрел, он или не зажигал газ или уже забрал чайник. Hо как же забрал, когда в комнате его нет, да я все точно помню. Сколько надо времени? Полчаса? Час? И что, спрашивается, делать? Идти к ним? Очень хорошо. Просто замечательно. Куда-нибудь позвонить? И что сказать? Вы знаете, я вот тут подглядываю за этим, ну, вы меня понимаете, за чем, ну за этим, одна молодая девушка, и тот, другой человек, у них сейчас там любовь, а на кухне чайник никак не вскипит, потому что под ним погас огонь и газ просто так идет. Hет, надо подождать, может они скоро закончат и тот, другой человек пойдет на кухню.