Он остановился у огромного чрева, из которого один за другим вываливались заключенные в кокон новые солдаты для его несокрушимой армии. Вылупляясь, словно цыплята из яйца, бойцы представали его взору…

Сморщив нос, Сарумян скомандовал провожатому:

– Которые из дерьма вылупились – помыть, переодеть и в отряд. Или помойте прямо так, в шмотках!

Его потянули за рукав:

– Хозяин, там, на площади, ждут.

Спохватившийся Сарумян глянул на часы и решительным шагом пошагал на плац. Взобравшись на импровизированную трибуну, сооруженную, кажется, из списанного броневичка, он принялся толкать пламенную речь перед собравшейся толпой:

– Городские совсем оборзели! Менты регистрацию требуют! Наших с рынков выгоняют!

Какой-то голодранец, воодушевленный речью предводителя, выкрикнул из самой толпы:

– И еще это прозвище – чурки завоеванные! Сарумян поддержал вполне справедливое замечание:

– Точно! Вперед, мочи козлов!

Все тот же голодранец, почувствовавший собственную непогрешимость, завопил:

– Начинаем с дачников! Слишком долго они на своих шести сотках глаза нам мозолили!

Толпа сорвалась с места и ринулась в долгожданную атаку. Сарумян только покачал головой, усмехаясь в бороду. Он подозвал к себе одного из гопников – габаритами и мордой повнушительнее – и посоветовал:

– Только вы там без фанатизма. Дачи, конечно, посжигать, а скотину взять в плен.

Еще пару минут поглазев вслед удаляющимся варварам, он устало зевнул и отправился в свои апартаменты…

Поднявшись к себе в кабинет, он достал из сейфа тетрадь в дерматиновом переплете и, глянув на часы, сверился с планом военных действий. Кажется, пока все шло именно так, как нужно.

Включив компьютер, он просмотрел новые скриншоты со спутников наблюдения, после чего открыл наугад первый попавшийся видеоролик из почты с пометкой «Ржунимагу» и, зевнув, запустил медиаплейер.