Подъехавшую к воротам захудалого городишки кавалькаду всадников никто не встречал. Даже нищие, промышлявшие милостыней у всякого, кто попадал за крепостную стену, предпочли отвернуться от процессии весьма и весьма странного вида.

Впереди немногочисленной группы кавалеристов скакал русоволосый всадник, осторожно придерживавший впереди себя сидевшего на одной с ним лошади парня, подозрительно схожего с ним лицом. Парень не подавал совершенно никаких признаков жизни – голова его болталась из стороны в сторону, руки безжизненными отростками свисали вдоль туловища, по щеке стекала струйка слюны.

На узкой улочке едва успевшая отскочить прочь с дороги торговка рыбой презрительно покачала головой вслед удаляющимся всадникам:

– Опять господа нажраться изволили!

Заслышав на заднем дворе стук копыт подъехавшего отряда, русоволосая девушка, нагишом почитывавшая дамский романчик на увитом плющом балконе шикарной дачки местного олигарха, аккуратно заложила страничку гигиенической прокладкой, отхлебнула из широкого бокала на тонкой ножке, закусила вишенкой, незамысловато украшавшей коктейль, и, накинув халат, направилась внутрь дома. Поднявшись по винтовой лестнице в одну из башенок, украшавших фазенду, она вошла в небольшую комнату.

Русоволосый всадник, сидевший у широкой кровати, обернулся на шум за спиной и, ни слова не говоря, махнул девушке рукой, приглашая пройти в комнату. Девушка подошла к нему, усаживаясь на краешек постели. На высоких подушках возлежал подозрительно похожий на вошедшую девушку парень. Наклонившись к лежащему, девушка принялась тормошить бездыханное тело: