- Остатки диплодоков, - отчеканила она поучительно, - были найдены в Соединенных Штатах в отложениях юрского периода. Ученые произвели измерения, и сомневаться в них не приходится.
Костя пожал плечами.
- Значит, шея у него просто могла очень сильно вытягиваться. Посуди сама, если туловище диплодока так и не появилось в нашем времени.
- Ой, - сказала Марина, схватывающая все на лету, - не появилось? А может, мы сделали важное научное открытие. Никто не знал, что шея диплодока могла вытягиваться, а мы теперь знаем. Давай напишем статью в научный журнал, а?
Степан Алексеевич поправил галстук и откашлялся. Увлекающийся все больше и больше Лаэрт Анатольевич смолк. Вид у директора был теперь суровым и непреклонным. Степан Алексеевич должен был дать оценку всему, что произошло.
- Значит, так, Лаэрт Анатольевич, - произнес он, - завтра же вы представите мне подробную объяснительную записку. Я понимаю, что машина времени - это великое изобретение, но вы тоже подумайте и поймите. Вы представляете, чем все это могло кончиться? А что, если бы этот временной канал, как вы говорите, оказался пошире и этот, как его... диплодок, прошел бы его целиком и стал разгуливать по школе, вышел бы в город? А нам происшествий, сами знаете, и без того хватает.
- Но это машина времени, Степан Алексеевич, это эпохально, - слабо возразил Лаэрт Анатольевич, - мы опередили свое время...
Степан Алексеевич одернул пиджак.
- По машине времени я приму отдельное решение, - сказал он твердо. Пока же на кабинет физики будет наложен засов и дверь опечатана. Занятия по физике пока будете проводить, - на мгновение директор задумался, ну, скажем, в столярной мастерской.
На пороге лаборантской уже некоторое время стояла Вера Владимировна. Она была все еще бледна, но уже окрепла духом.
- Ребята, - начала она тихим голосом, - я все поняла. Лаэрт Анатольевич построил машину времени, но, как всегда у него бывает, произошла какая-то неполадка. Это, однако, не повод прерывать начатый разговор об эпохе Ярослава Мудрого. Прошу всех занять места в кабинете истории.