– Достал ты уже меня, Жомов, – прошипел он, поймав его за рукав. – Хрен с тобой. Заказывай выпивку. Но не больше одного литра! – А затем Рабинович обвел взглядом притихших посетителей: – Граждане греки, приносим прощение за небольшое беспокойство. Предъявлять дальнейшие претензии не советую, поскольку после этого каждый из вас может совершить беспосадочный перелет за дверь. Отдыхайте! – И, ухмыляясь, пошел к своему столику.

В этот раз я располагался на полу без опаски. Блохами тут, судя по всему, и не пахло, котами тоже. Ни кобелей, ни волков я не встретил, так что конкуренции за право обладания падающими под стол мозговыми костями можно было не опасаться. В общем, ждал меня вкусный, комфортный и спокойный ужин… Только, наверное, где-то в другом месте ждал!

Не успел Попов заказать всем чего-нибудь вкусненького, как я услышал приближающиеся к нам легкие женские шаги, а затем прямо перед мордой увидел ноги существа соответствующего пола. Тщательно обнюхав их и вновь, в очередной раз, так и не сумев определить, что же в ногах человеческих самок привлекает кобелей соответствующей породы, я отвернулся, изо всех сил надеясь, что к нашему столику подошла официантка за заказом, но и в этот раз ошибся. То, что подошло к нам, было несравненно хуже официантки – это была разгневанная женщина. Самое опасное существо из всех, мне известных.

– Извините, чужестранцы, что прерываю ваш ужин, но вы поступили несправедливо, – звенящим голосом произнесла она.

Я высунул морду из-под стола, чтобы разглядеть остальные части тела говорившей особы. Ничего примечательного! Две гипертрофированные молочные железы, как и у всех человеческих самок, такая же тощая талия, как у недокормленной гончей, присущая многим молодым женщинам, и те же абсолютно безволосые задние конечности. В общем, все, как у остальных особей женского пола, я даже на лицо не стал смотреть! Однако мой Рабинович пялился на нее, разинув рот, как сенбернар на миску с кашей. По-моему, он даже не сразу понял, что именно дамочка говорит. А она тем временем продолжила: